• 1
  • 2
  • 3
  • 4
  • 5
  • Музей камня

    Гордостью музея является геолого-минералогическая коллекция. В её составе есть такие редкости, которые природа нечасто дарит человеку – великолепные друзы, кристаллы необычной формы, псевдоморфозы, причудливые природные образования.

  • Музей камня

    Камни, которые вы увидите за стёклами витрин, можно назвать путешественниками. Ведь прежде чем попасть сюда, им пришлось совершить далекие путешествия.

  • Графика

    В музейном собрании графики работы художников Сибири, Якутии, Урала (главным образом, Пермскогокрая) и Прибалтики.

  • Техника

    В коллекцию механизмов, отражающих этапы развития техники, входят часы, пишущие и швейные машинки...

  • Живопись

    Художественный фонд музея представлен работами современных мастеров Урала, Сибири и Якутии...

Версия сайта для слабовидящих

И поёт мне в землянке гармонь...

 

Землянка – углублённое в землю жилище с перекрытием из жердей или брёвен, засыпанных землёй.

Землянки сооружались в полевых условиях личным составом вооружённых сил и были предназначены для отдыха в тыловых районах, там, где нет или разрушены иные пригодные для жилья помещения. Их оборудовали в том случае, когда войска располагались на одном месте на продолжительное время.

В землянках в тыловых районах также могли размещаться различные хозяйственные службы, склады, штабы, медицинские пункты, госпитали, прачечные, бани, мастерские. Также землянки сооружались партизанами в лесах.

При расположении вблизи противника применялись такие типы землянок, которые по сравнению с обычными обладали более прочными защитными покрытиями от средств поражения, легче маскировались. Такие землянки носили название укрытий и отличались от обычных большим заглублением в землю (от 2 до 2,5 м) и применением горизонтального покрытия.

Землянки довольно широко были распространены в сельской местности в послевоенный период в районах сильно пострадавших во время боевых действий.

Несколько слов об организации партизанского быта.
Первейшей заботой командования партизанских отрядов, а затем бригад и соединений было создание партизанской базы или лагеря. Начиналась эта работа с выбора наиболее подходящего места. Оно должно было отвечать целому ряду условий, таких, как относительная близость к основным объектам разведки и диверсий, скрытность и защищенность.

Постоянная база представляла собой целый городок относительно благоустроенных землянок, планировка и расположение которых определялись их назначением. Как правило, в центре лагеря размещались штабная землянка и землянка медицинской части. Их окружали жилые землянки, где по отделениям размещались бойцы. Партизаны стремились по возможности благоустроить свой быт. Так, в некоторых лагерях землянки изнутри были обтянуты парашютным шелком.

Лагеря больших отрядов и бригад имели развитые хозяйственные службы: столярные, сапожные, слесарные и швейные мастерские, конюшни, бани. Специальные площадки отводились для построений, ведения боевой и политической учебы. Неподалеку от лагерей расчищали площадки для приема авиасбросов и парашютистов.

Подходы к лагерю, как правило, минировались. Минные заграждения имели оборонительную и сигнальную функции, так как взрывы предупреждали о приближении врага. В то же время они резко ограничивали маневренность карателей. Охрану осуществляли часовые, дозорные и выдвинутые на несколько километров от лагеря секреты.

В строительство каждого такого лагеря было вложено много труда и смекалки. Партизанская жизнь предъявляла серьезные требования к каждому бойцу. Нужно было владеть всеми видами оружия, минно-подрывной техникой, навыками разведчика и вместе с тем уметь делать все необходимое по хозяйству: строить шалаши и землянки, разжечь костер, молоть муку и печь хлеб, починить обувь и одежду, смастерить все необходимое, запрячь коня в телегу, сплести лапти, сварить обед, подоить корову, выкопать колодец и многое другое.

Главной заботой хозяйственников являлось снабжение отрядов продовольствием. Большую помощь и поддержку в этом оказывало местное население. Но основным способом снабжения отрядов продовольствием были так называемые хозяйственные операции, часто представлявшие собой боевые столкновения с противником, нападения на его обозы и склады. Большое внимание командование уделяло обеспечению продовольствием групп, уходящих на задание. С этой целью в некоторых отрядах было налажено производство копченых колбас.

Постепенно бригады и соединения обрастали большим хозяйством и растягивались при маршах на 3 км. На обозах везли раненых и боеприпасы, продовольствие – бочки с засоленными мясом и салом, ящики с колбасой, посуду, хозяйство оружейной, столярной и сапожной мастерских, трофеи.

В обычные, будничные дни для всех бойцов, не бывших на заданиях и в охране, проводилась боевая учеба. В бригадах и соединениях было налажено обучение вновь пришедших в отряды партизан из числа местных жителей. Занятия по особой программе вели офицеры и сержанты.

Партизанская жизнь требовала умения преодолевать повседневные испытания – труднейшие многокилометровые походы, когда груз каждого бойца часто достигал 40-50 кг; когда неделями не снимали с себя одежду и обувь, не мыли тело, более или менее сытно не ели; когда карательные экспедиции сменяли одна другую, а бой – ночные марш-броски и новые столкновения с врагами. Привычными явлениями, если к этому можно привыкнуть, были постоянное недоедание, а то и голод в течение длительного времени, холод, борьба со вшивостью, чесоткой, тифом, цингой. Требовались величайшая внутренняя мобилизованность каждого бойца, организованность и строжайшая дисциплина, чтобы выдержать эти испытания и быть всегда в боевой готовности.

Особую заботу в лагерях проявляли о больных и раненых. В центре внимания командования отрядами, бригадами и соединениями все время оставалась медицинская служба. Постепенно она обрастала автономным хозяйством, со своими землянками, операционными, аптеками, стоматологическими пунктами. Возглавляли медицинскую службу молодые военврачи, вчерашние выпускники медицинских институтов, приобретшие в тылу врага огромный практический и организационный опыт.

Геройски проявили себя в тылу врага военфельдшеры отрядов и групп, санитарки – бывшие студентки вузов. Много усилий прилагалось для обеспечения медицинской службы медикаментами и хирургическими инструментами. Их сбрасывали на парашютах, доставали через подпольщиков в городах.

Для больных и раненых заготовляли продукты, березовый сок, заячью капусту, чернику, малину, бруснику, клюкву, дикий чеснок, целебные травы; их поили хвойным настоем. И результаты героических усилий медиков были поистине поразительными: так, в условиях беспокойной партизанской жизни, с ее тревогами, боями, передвижениями, острой нехваткой самого необходимого, раненые возвращались в строй!

Каждый отряд стремился во что бы то ни стало обеспечить доставку тяжелораненых и тяжелобольных в прифронтовые госпитали и советский тыл. Врачи оказывали медицинскую помощь местному населению, принимали роды, обходили больных, организовывали борьбу с эпидемиями, вели санитарно-гигиеническую пропаганду. Партизаны помогали местным жителям сеять хлеб и убирать урожай.

Огромной радостью для партизан и местных жителей была возможность увидеть советские кинофильмы. В некоторых партизанских отрядах действовали даже библиотеки, скомплектованные из книг, взятых с собою бойцами или же найденных в деревнях и селах. С большой любовью и старанием бойцы выпускали боевые листки и стенгазеты. Всеобщий смех вызывали острые карикатуры, дружеские шаржи, сатира и юмор.

Популярным видом искусства в отрядах была живопись. Многие партизанские художники в часы досуга рисовали бытовые и военные сцены, пейзажи, портреты боевых товарищей. Жизнь и борьба на грани ежечасного риска, и предельная психологическая напряженность обостряли восприятие и порождали потребность запечатлеть увиденное и пережитое. Так, вопреки строжайшим запретам заполнялись дневники (как правило, на языке личного шифра), писались рассказы и очерки, зарождались замыслы будущих книг в партизанских «чумах», шалашах, землянках, а то и у пней, заменявших столы уединявшимся и сосредоточенным бойцам. Друзья знали: в эти минуты мешать им и отвлекать их нельзя.

Вот запись из военного дневника: «Я должен записать. Обо всем, что здесь происходит. О каждом. Должен. …Пройдет время, нас не будет – одних раньше, других позже… Но то, что мы делаем, что несем в сердце, что рождается здесь, в боях, вместе с нами это не должно погибнуть. Это должно войти в сердце потомков как частица их духовного богатства. В этом смысл наших страданий и радостей».

И поёт мне в землянке гармонь...
И поёт мне в землянке гармонь...
И поёт мне в землянке гармонь...
И поёт мне в землянке гармонь...
И поёт мне в землянке гармонь...
И поёт мне в землянке гармонь...
И поёт мне в землянке гармонь...
И поёт мне в землянке гармонь...
И поёт мне в землянке гармонь...
И поёт мне в землянке гармонь...
И поёт мне в землянке гармонь...
И поёт мне в землянке гармонь...